Юридический вакуум в вопросе “разбронирования” медицинских работников создает угрозу как для прав самих специалистов, так и для стабильности медицинской системы в условиях военного положения. Об этом рассказала адвокат и бывший заместитель министра здравоохранения Украины (2014-2015) Наталья Лисневская редактору отдела социум ZN.UA Алле Котляр.
По ее словам, понятие “разбронирование” сегодня не имеет законодательного определения и не регулируется ни одним специальным нормативным документом. Хотя правительственное постановление №76 устанавливает порядок бронирования, оно не содержит никаких норм относительно обратного процесса – лишения права на отсрочку.
Как отмечает Лисневская, сейчас разбронирование происходит без единых правил – решение принимают на уровне отдельных учреждений или органов власти без надлежащей юридической процедуры, четких критериев или возможности обжалования. Такой “ручной режим” открывает простор для злоупотреблений и избирательности. К примеру, инициатива может исходить от военного командования, Минздрава, областных департаментов здравоохранения или же работодателя – в случае потери предприятием статуса критически важного или увольнения работника. Но в случае “разбронирования по необходимости” – никакой правовой определенности нет.
Разбронирование медиков по запросу Медсил: в Минобороны рассказали о каких должностях идет речь
“Формально решение о разбронировании не оформляется как административный акт, поэтому работник не получает никакого документа, который можно было бы обжаловать. Из-за этого отсутствует сам объект защиты в суде. Это тупик для правозащиты”, – объясняет адвокат.
По ее словам, нынешний механизм открывает путь к субъективным решениям, принятым с учетом политических интересов, личных связей или давления со стороны территориальных центров комплектования (ТЦК). Это открывает путь к коррупции, неформальным квотам или “показательной” мобилизации. Что, в свою очередь, приводит к демотивации медперсонала и потере доверия к государственным гарантиям.
Национальная служба здоровья Украины (НСЗУ) утверждает, что увольнение отдельных медиков из-за мобилизации не станет основанием для расторжения контракта с больницей. Однако эта позиция пока не подкреплена соответствующими документами.
“Из-за отсутствия четких правил, забронированные врачи больше не чувствуют себя защищенными. Они боятся неожиданного призыва, увольняются или выезжают за границу, что только усиливает кадровый кризис в медицинской сфере”, – добавляет Лисневская.
Особую тревогу вызывает риск разрушения медицинской инфраструктуры: если ключевые специалисты будут массово подлежать разбронированию, клиники потеряют возможность оказывать качественную помощь, особенно в регионах, где и без того наблюдается дефицит кадров.
Что стоит изменить? Адвокат предлагает срочно внести дополнения в постановление Кабмина №76, в частности:
- создать отдельный раздел, посвященный разбронированию, с определенными основаниями, механизмом принятия решений, обязательным уведомлением работника и сроками для подачи возражений;
- ввести прозрачную систему отбора кандидатов на разбронирование, учитывая дефицитность специальности, критичность должности и состояние здоровья;
- предусмотреть письменное оформление решения в виде приказа или выписки с возможностью административного или судебного обжалования;
- позволить заведению предлагать замену забронированному работнику, если есть риск потери функциональности отделения.
“То, что сейчас происходит, – это не просто административный пробел. Это уже фактор угрозы национальной безопасности. Когда правила отсутствуют, начинает действовать произвольность – а это худшее, что может произойти в условиях войны”, – заключает Лисневская.
Она призывает парламент, правительство и профильные объединения как можно быстрее урегулировать процесс, ведь в военное время именно правовая определенность является фундаментом эффективного функционирования страны.
Подробнее о ситуации, сложившейся в медицинской сфере в результате разбронирования медиков читайте в статье Аллы Котляр “Разбронирование медиков: прозрачность или ручное управление”.
